Научная эзотерика. Сайт Татьяны и Виталия Тихоплав




Шубки в сторону

Рубрика: "Story... Как это было..."
Журнал "Коммерсантъ Деньги", №50 (606), 18.12.2006





          75 лет назад, в 1931 году, в СССР состоялся первый аукцион по продаже мехов. Благодаря этому экспортные цены на советскую пушнину выросли, но у граждан страны стало еще меньше шансов купить одежду, соответствующую климату холодной родины. Не слишком велики, впрочем, были эти шансы и до революции. В России умели обрабатывать далеко не все шкурки, так что большинство мехоторговцев предпочитали сбывать невыделанное сырье за рубеж. А цены на лисьи и даже беличьи шубы кусались так, что немногие могли позволить себе такую роскошь. Именно поэтому в царской, а затем в советской России невероятных высот достигло искусство имитации дорогих мехов. Сурка делали под соболя, домашнюю кошку - под норку и даже обыкновенную серую крысу - под крота.

          Дикие сокровища природы
          Уже давно известно, что "земля богата наша, порядка в ней лишь нет". В полной мере это относится к мягкому золоту России - мехам. Из поколения в поколение передавались сказания о том, что в былые времена на Руси пушного зверья водилось столько, что бабы куниц коромыслами били. По-видимому, такое бесхозяйственное отношение и сказалось на поголовье куниц и соболей.
          Некоторые историки в XIX веке считали причиной экспансии государства российского на север и восток погоню за "дикими сокровищами природы". Сторонники этой версии русского развития писали о том, что на Руси с незапамятных времен шкурки соболей, куниц, бобров вкупе с черными и красными лисами служили пушистой валютой. И что многие названия денежных единиц, к примеру куны, вели свое происхождение от мехового зверья. Однако далеко не все их коллеги принимали подобную трактовку.

    тихоплав ззотерика бог жизнь человек лечение целитель кретов
    Охота на пушного зверя на Руси всегда была пуще неволи. Ведь только в обмен на меха охотникам давали боеприпасы
    Фото: РГАКФД/РОСИНФОРМ

          Истина, с которой соглашались все, заключалась в том, что с давних пор русские добывали пушного зверя, торговали мехами и платили ими дань своим князьям. Летописи свидетельствовали, что вещий Олег обложил древлян непомерной данью, требуя от них множество драгоценных черных куниц. А арабский писатель и путешественник X века Ибн-Хаукаль видел бородатых русичей, доставлявших в Волжскую Булгарию на обмен "скифских соболей и черных куниц". Контролировавший весь север и северо-запад страны Великий Новгород вел бойкую торговлю мехами с Европой. Новгородцы меняли пушнину на диковинные заморские товары и расплачивались ими за нанесенные обиды. В 1216 году в принадлежавшей новгородцам Пермской земле, называвшейся тогда Биармией, в пылу торгового спора убили скандинавского купца Гелче Богрансона. И обидчики заплатили за смерть иноземца выкуп - виру - беличьими мехами.
          Экспорт "мягкой рухляди" рос по мере нарастания интереса состоятельных русичей к зарубежным предметам роскоши и привозному оружию. Ценного соболя становилось все меньше, так что версия о "меховой экспансии" на Север и в Сибирь имела право на существование. В 1472 году князь Федор Пестрый по приказу великого князя московского Ивана III завоевал Биармию и получил в виде дани шестнадцать сороков черных соболей (то есть 640 штук) и драгоценную шубу. Иван Грозный в 1555 году потребовал от жителей Сибири, которых, по московским расчетам, было 307 тыс., по соболю и белке с каждого. Но получил только 700 соболей, и эта обида подвигла царя к завоеванию зауральских земель. В итоге новые территории стали приносить в казну русского царя ежегодно полмиллиона лучших белок, 200 тыс. соболей, 10 тыс. чернобурок и несчетное число бобров.
          Теперь русский двор мог позволить себе широкие жесты. В 1595 году отправлявшемуся в Вену посланником М. И. Вельяминову было выдано "в запас и на приказной расход и на раздачу" 1009 сороков соболей, 510 сороков куниц, более 300 тыс. белок, 3000 речных бобров, 120 лисиц, 1000 волков и 75 лосины. Так что миссия оказалась не только дипломатической, но рекламной и торговой. Русская "мягкая рухлядь" завоевала сердца и облегчила кошельки многих знатных подданных австрийского кесаря. Не остались в стороне и британцы.
          "Англичане,- писал И. Гринвальдт,- найдя прямой путь в Россию, завели тесные торговые сношения с Россиею в то время, как произошло завоевание Сибири. Вследствие всех этих обстоятельств торговые обороты так скоро поднялись, что с тех пор ежегодно было отпускаемо мехов собольих, лисьих, куньих, бобровых, рысьих, волчьих, медвежьих, горностаевых, беличьих на 500 000 р. тогдашней ценности".
          Вывоз пушнины вырос настолько, что ежегодно составлял до трети государственных доходов. Но бурный интерес к ценной пушнине привел к тому, что многие меха стали недоступны для самих русских. За лучшего соболя иноземные купцы платили до 50 золотых рублей за шкурку. Позволить себе такие траты могли только самые богатые русские и те, кто получал их бесплатно в виде дани - цари. Соболь попроще ценился в 50 серебряных денег (в рубле было 200 серебряных денег), за лису-чернобурку платили 15 денег, что тоже было немалой суммой. Так что на долю отечественного имущего сословия оставался малоценный, как тогда считалось, горностай - по 3-4 деньги за шкурку - да белка, самые крупные и качественные экземпляры которой тянули на 2 деньги. Простолюдинам оставалось довольствоваться овчинами и зайчинами. А смерды и вовсе обходились без шуб.
          Западные купцы из экономии предпочитали приобретать сырье - слегка обработанные шкуры, которые доводили до кондиции европейские меховщики. Но иногда соглашались потратиться и на качественно сделанную работу русских мастеров. А вот китайцы брали только сырье. Но выгода от торговли с ними через монгольскую Кяхту заставляла русских купцов соглашаться на любые условия. Шкуру красивейшего морского бобра ("животного, одаренного превосходным смыслом", как тогда говорили), купленного в Якутске, русский купец продавал в Кяхте в девять раз дороже. Но чай и прочие товары китайцы обменивали лишь на сырье, считая, что русские меховщики только портят пушнину. Что, в общем-то, не расходилось с мнением продавцов, уважавших южных соседей за то, что "у них выделка и окраска мехов достигла высшей степени совершенства".
          С годами пушной экспорт в Китай только возрастал. С петровских времен до второй половины XIX века Поднебесная играла господствующую роль в русской внешней торговле пушниной. Годовой доход от продажи мехов китайцам в Кяхте колебался от 1 млн до 1,6 млн руб. серебром, тогда как в Европу в те же годы отправлялось пушнины на сумму от 300 тыс. до 1 млн руб. серебром.
          Результат был закономерен и логичен. В отсутствие сырья и практики искусство выделки дорогих мехов в России начало постепенно угасать.

          Мастера шмука
          Ситуация не менялась десятилетиями. Осваивались новые охотничьи угодья на берегах Тихого океана, колонизировалась Америка, но лучшие меха если и задерживались в Российской империи, то только в столицах. За время существования Российско-Американской компании, например, из новых колоний было вывезено свыше 130 тыс. морских бобров, более 2 млн морских котиков, около 220 тыс. речных бобров, более 230 тыс. лисиц всех пород, по 11 тыс. выхухолей и рысей. Кроме того, добывались росомахи, волки, медведи, песцы, норки. Но большая часть ценных мехов через ярмарки в Ирбите и Нижнем Новгороде или напрямую неизменно уходила за рубеж. Особо ценный камчатский бобер, например, сразу шел на Лондонский аукцион, и лишь небольшая оставшаяся часть попадала к московским меховщикам. Больше половины якутского песца уходило за границу прямо с мест.


Продолжение. Страница 2




Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика



на главную

на страницу новостей

это интересно



тихоплав ззотерика бог жизнь человек лечение целитель кретов









Если бы смерть была благом - боги не были бы бессмертны
Сафо, древнегреческая поэтесса